Такое искажение происходит из-за того, что настоящая наука заслуживает доверия (то есть работает), а псевдонаука пытается использовать это доверие в своих интересах, не подвергая себя строгой интеллектуальной проверке, которой требует настоящая наука.
Хорошим примером псевдонауки является гомеопатия, которая создает видимость научно обоснованной медицинской практики, но не соответствует научной методологии.
К другим вещам которые обычно называют псевдонаукой относятся астрология, младоземельный креационизм, иридодиагностика, нейролингвистическое программирование, гадание на воде и многое другое.
В чем же разница?
В ходе дискуссий часто стираются ключевые различия между наукой и псевдонаукой, и иногда это затрудняет принятие научных открытий обществом.
Например, те, кто считает, что множественное число от слова anecdote — это data, могут не понимать, почему это ненаучный подход (хотя он может играть важную роль в качестве ориентира для исследований).
Среди других заблуждений о науке — представления о том, что такое определение теории, что значит что-то доказать, как следует использовать статистику, а также о природе доказательств и фальсификации.
Из-за этих заблуждений и путаницы, которую они вызывают, иногда бывает полезно говорить о науке и псевдонауке, уделяя меньше внимания практическим деталям и больше — более широким функциям науки.
Что такое знание?
Первый и самый важный критерий, по которому можно отличить науку от псевдонауки, связан с тем, как та или иная область знаний развивается и становится более полезной.
Философ Джон Дьюи в своей «Теории познания» сказал, что мы понимаем под знанием то, что «настолько устоялось, что может служить ресурсом для дальнейшего исследования».
Это отличное описание того, как мы «узнаём» что-то новое в науке. Оно показывает, как можно использовать уже имеющиеся знания для формирования новых гипотез, разработки новых теорий и, следовательно, получения новых знаний.
Характерной чертой науки является то, что наши знания, выраженные в такой форме, значительно расширились за последние несколько столетий благодаря экспериментальной проверке.
Короче говоря, новые знания работают и помогают находить новые знания, которые тоже работают.
Никакого прогресса не достигнуто
Сравните это с гомеопатией — областью, в которой не наблюдается заметного прогресса ни в знаниях, ни в практике. Несмотря на то, что использование современного научного языка может придать ей более внушительный вид, это не приводит к соответствующему росту знаний, связанных с эффективностью. В этой области наблюдается стагнация.
На этом уровне понимания наука способствует развитию, а псевдонаука — нет.
Чтобы понять, почему рост не происходит, мы переходим на более низкий, более детальный уровень, где мы сталкиваемся с одной из основных целей науки: поиском причинно-следственных связей между явлениями.
Причинно-следственные объяснения
Причинно-следственные объяснения — это такие объяснения, в которых мы понимаем связь между двумя или более событиями и можем наметить теоретический путь, по которому одно событие может повлиять на другие.
Затем эту теоретическую модель можно проверить с помощью предсказаний, которые она позволяет сделать о мире, и оценить ее достоверность по результатам. Классическими примерами успешных причинно-следственных объяснений в науке являются наше объяснение смены времен года и генетическая основа некоторых заболеваний.
Несмотря на то, что сторонники гомеопатии изо всех сил стараются найти причинно-следственные связи, такие объяснения не связаны с более эффективной практикой, не дают новых знаний или пользы и поэтому не способствуют развитию.
Точно так же сторонники нейролингвистического программирования утверждают, что существует причинно-следственная связь между определенными неврологическими процессами и усвоенным поведением, но не могут это доказать, а астрологи не предпринимают никаких внятных попыток объяснить свои предполагаемые способности к предсказаниям.
Что такое нейролингвистическое программирование?
Отсутствие проверяемых причинно-следственных объяснений (или моделей, если хотите), характерное для псевдонауки, позволяет провести еще одно различие: наука предлагает причинно-следственные объяснения, которые ведут к развитию, а псевдонаука — нет.
Практические аспекты науки
На третьем уровне разграничения, где и происходит основная борьба между наукой и псевдонаукой, мы имеем дело с тем, что я ранее назвал практическими аспектами науки. Правильное понимание этих аспектов помогает давать полезные объяснения причинно-следственных связей.
Именно здесь ведутся споры о том, что считать доказательством, как правильно использовать статистику, о случаях когнитивных искажений, применении надлежащих методологий и так далее.
Именно здесь гомеопатия опирается на предвзятость подтверждения, антипрививочное лобби черпает энергию в анекдотах, а отрицатели науки о климате выборочно подчеркивают те данные, которые им выгодны.
На этом уровне у большей части населения возникают наибольшие трудности с пониманием науки, о чем свидетельствуют комментарии к постам в социальных сетях, письма в редакцию, обратная связь, телевидение, статьи в СМИ и политические заявления.
Знания существуют
Важно опираться на эти базовые представления о работе, но мы также должны подчеркивать как в научном образовании, так и в научной коммуникации причинно-следственные связи, которые наука устанавливает между явлениями в мире, а также связь между этими объяснениями и ростом знаний и их практическим применением.
Такое понимание дает нам более эффективные инструменты для распознавания псевдонауки в целом, а также помогает бороться с антинаучными движениями (такими как младоземельный креационизм), которые часто маскируются под науку, пытаясь действовать в рамках той же рациональной парадигмы.
Энергичная, аргументированная и целенаправленная борьба с псевдонаукой необходима для достижения прогресса человечества с помощью науки, которая, как напоминает нам Эйнштейн, является «самым ценным, что у нас есть».